Молчание детского омбудсмена

Заместитель председателя Комитета СФ по конституционному законодательству и госстроительству Константин Добрынин поделился своими вопросами о работе "детского омбудсмена".

Некоторое время назад, а точнее, в мае месяце, детский омбудсмен Павел Астахов смог вновь обратить на себя внимание своими необычными заявлениями, которые преимущественно касались эмансипации, женщин и физиологических особенностей их взросления. Самое неожиданное из откровений правоведа касалось постулата о допустимости и нормальности ранних браков с несовершеннолетними, хотя любому третьекурснику юрфака очевидно иное: брак с несовершеннолетним - это не нормальное, и даже экстраординарное событие, которое возможно по российскому законодательству в случае исключительных обстоятельств.

Пришлось тогда не согласиться с детским защитником и напомнить ему некоторые нюансы нашего законодательства, основ конституционного и семейного права и так далее. Все это было банально и не юристам неинтересно. 

Попутно я начал чуть пристальнее вглядываться в деятельность детского омбудсмена, анализировать его полномочия, достаточность нормативной базы для их осуществления. В ходе этого анализа у меня возникали вопросы и мысли, которые в тот же момент я адресовывал Павлу Астахову с тем, чтобы лучше понимать именно его взгляд и именно его позицию по вопросам, отнесенным к его компетенции. 

Мысли и вопросы звучали следующим образом:

"Могу констатировать, что несколько последних лет вместе со всей общественностью нашей страны с интересом слежу за вашей активной деятельностью в медиа-пространстве. Однако часто жители России задают мне вопросы, ответы на которые мне подчас тяжело найти. Деятельность ваша столь разнообразна и широка, что особую сложность представляет определить ее границы. Также не совсем ясно, каким образом она соотносится с теми правами и обязанностями, которые возложены на вас законодательством Российской Федерации.

В связи с изложенным, уважаемый Павел Алексеевич, и на основании ст. 14 и ст. 17 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 8 мая 1994 года №3-ФЗ., прошу Вас предоставить ответы на следующие вопросы:

1. Какими нормативными актами, кроме Указа Президента РФ от 1 сентября 2009 г. № 986, определяется Ваша компетенция? Считаете ли вы их достаточными? Если нет, то какие конкретно действия вы предприняли для того, чтобы исправить сложившуюся ситуацию и каков конкретный результат этих действий?

2. Предусмотрены ли отчеты о Вашей деятельности? В какой форме? Публикуете ли Вы доклады о деятельности Уполномоченного по правам ребенка, по аналогии с Уполномоченным по правам человека? Если нет, то почему?

3. Какими актами определены основные направления международно-правовой деятельности Уполномоченного по правам ребенка? На Вашем сайте в Интернете указаны шесть таких направлений, но не ясно, в чем именно заключается их правовой характер?

4. Одной из проблем международного характера является проблема получения алиментов из-за границы. До настоящего времени она не решена (и, соответственно, не защищены права детей) в отношениях с такими странами как США, Германия, Франция, Великобритания и др. из-за отсутствия договорных отношений. Какие действия были Вами предприняты для её решения, были ли они успешны? 

5. Среди шести направлений Вашей международной деятельности не указана защита прав детей, родившихся от суррогатных матерей, в случаях, когда такие матери и доноры находятся в различных государствах. Уделяете ли Вы внимание защите прав таких детей и в чем конкретно это выражается?

6. Признание и исполнение иностранных судебных решений не всегда осуществляется даже при наличии договора о правовой помощи (например, оно не предусмотрено в договоре с Финляндией). Если Финляндия в одностороннем порядке решила эту проблему в отношении судебных решений по алиментным вопросам, то какие действия были Вами предприняты для её решения и защиты прав детей?

7. В России действуют различные международные некоммерческие программы по обмену школьниками и студентами. Эти программы достаточно эффективны и работают уже в течение многих лет. Проводите ли Вы мониторинг этих программ? Имели ли место нарушения прав детей при реализации этих программ? 

8. В 2014 г. Россия отказалась от участия в программе FLEX. Была ли эта программа эффективной? Это Вы были инициатором закрытия данной программы? Если это так, то какие нарушения прав детей послужили основанием для данной инициативы и какие юридически значимые действия вы предприняли для защиты прав этих детей? Были ли эти действия результативны и в какой стадии эти действия в настоящий момент?

9. Как вы знаете, в настоящее время на сайтах государственных органов есть возможность подать обращение в электронном виде. Вынужден констатировать, что на Вашем сайте можно подать обращение только региональным уполномоченным по правам ребенка. Рассматриваете ли Вы только те обращения, которые сочтете необходимыми и достойными Вашего внимания, а все остальные отправляете в субъекты РФ? По каким параметрам и в соответствии с какой методикой вы осуществляется такой отбор? Насколько результаты такого отбора за пять лет вашей деятельности на посту омбудсмена подтвердили его репрезентативность, и позволяет ли этот отбор в полной мере восстанавливать нарушенные права юных граждан нашей страны?

10. Вынужден констатировать, что на Вашем сайте раздел «Законотворческая деятельность» не обновлялся уже более двух лет. С чем связан этот определенный застой: Вы больше не осуществляете эту деятельность или просто полагаете излишней необходимость информирования граждан об ее результатах? 

11. На Вашем сайте в разделе «Детский спецназ», который, кстати, назван одним из основных направлений деятельности Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка Павла Астахова – инспекционные проверки, проводимые в субъектах Российской Федерации: однако, последняя актуализированная информация о работе этого самого спецназа представлена лишь за 2010 год, то есть, почти пять лет тому назад. Вы больше их не проводите или просто не считаете нужным информировать граждан, как об их наличии, так и о конкретных результатах по каждому из регионов нашей страны? 

12. Следующий вопрос касается раздела на вашем сайте под названием "Работа с обращениями граждан": вынужден констатировать, там есть только цифры о количестве обратившихся в 2013 году, но о решенных проблемах или об анализе обращений по проблематике нет информации совсем. С чем связана такая пробельность этого раздела? Прошу вас предоставить ваши выводы и конкретные предложения по результатам рассмотрения моего обращения.

13. На вашем сайте последний размещенный Вестник Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка датируется 01.2011., в связи с этим возникает вопрос: Вестников больше не было, их забыли разместить или же отпала необходимость их размещения на сайте?

14. Последний размещенный на сайте мониторинг изменений федерального законодательства – датируется январем 2012 года, в связи с чем отпала необходимость его размещения или же мониторинг более Вами не осуществляется?"

Естественно, я понимал, что вся деятельность детского омбудсмена чрезвычайно важна, глобальна и непрерывна, тем не менее, был уверен, что коллега найдет время и сможет достойно и по существу ответить на поставленные вопросы. 

Однако коллега подвел и ни на один из пяти отправленных сенаторских запросов не ответил.

При этом в мой адрес поступило некое письмо гражданки Волковой Н.Д., пусть и поименованной начальником отдела по обеспечению деятельности Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка Аппарата Общественной палаты Российской Федерации, но законным образом никак не управомоченной в данной части действовать от имени Астахова П.А., поэтому полагать их надлежащим ответом на адресованные последнему запросы не было и нет никаких оснований. 

И вот почему.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 01.09.2009 N986 "Об Уполномоченном при Президенте Российской Федерации по правам ребенка" Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребенка является должностным лицом Администрации Президента Российской Федерации категории "руководители". 

Согласно части 2 статьи 17 Федерального закона от 08.05.1994 N 3-ФЗ "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" при обращении члена Совет Федерации в орган государственной власти должностное лицо указанного органа безотлагательно (а при необходимости получения дополнительных материалов - не позднее 30 дней со дня получения обращения) дает ответ на это обращение и предоставляет истребуемые сведения.

Таким образом, сотрудник казенного учреждения, которым является Аппарат Общественной палаты Российской Федерации, не должен и не правомочен давать ответы на направленные в адрес должностного лица обращения члена Совета Федерации. 

Вполне допускаю, что Волкова Н.Д. об этом может и не знать (хотя скорее всего знает, просто вынуждена была подписывать) , но применительно к господину Астахову П.А., вероятно перепоручившему ей свои должностные обязанности, это сложнее предположить, имея в виду наличие у него юридического образования.

Также важно понимать, что должностное лицо государственного органа является государственным служащим, осуществляющим профессиональную служебную деятельность по обеспечению исполнения полномочий государственных органов, соответствующим предъявляемых квалификационным требования и обязанным соблюдать запреты и ограничения, которые являются гарантией непредвзятого и профессионального исполнения возложенных на него обязанностей.

Схожих требований к сотрудникам казенного учреждения законодательством Российской Федерации не установлено. 
Более того, на Аппарат Общественной палаты Российской Федерации возложена обязанность лишь по обеспечению деятельности Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, но не по исполнению его и уж тем более за него обязанностей как Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка.

Таким образом, я был вынужден констатировать, что Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребенка П.Астахов действует вразрез с законодательством РФ и проявляет демонстративное неуважение к Федеральному Собранию РФ, выражающееся в системном, на протяжении длительного времени и, не исключаю, умышленном, игнорировании адресуемых ему запросов члена Совета Федерации и требований федерального законодательства в части их исполнения, что, в конечном счете дискредитирует сам институт уполномоченного по правам ребенка в РФ.

Именно поэтому мне пришлось прибегнуть к такому механизму восстановления нарушенных прав, как прокурорский надзор и обратиться к Генеральному прокурору РФ Юрию Яковлевичу Чайке, чтобы он в свою очередь и сообразно своим полномочиям применил в отношении Павла Астахова меры прокурорского реагирования и пресек нарушения действующего законодательства. 

Уверен, это корректный юридический подход. Главное - честный.

источник © facebook 

 

 

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ