Театральный Петербург глазами будущих актеров

Длинный коридор, поворот направо, еще коридор, еще поворот... - Девушки, вы что ищите? - Мы на спектакль пришли. - На какой? Сегодня их три. На самый лучший. А, на Клоуна? Вам до конца коридора и на второй этаж...

Спектакль «Глазами клоуна» нобелевского лауреата Генриха Бёлля показывали на площадке театрального факультета Балтийского института экологии, политики и права. В зале - как молодежь, так и более старшее поколение. На сцене - студенты 4 курса мастерской заслуженного артиста России Александра Строева.

Драма, комедия, и немного фарса. История жизни парня по имени Ганс Шнир, наследника состоятельного семейства, которое от него отреклось - ведь он решил стать клоуном. Час двадцать первого акта и 50 минут второго пролетают мигом. События разворачиваются стремительно. Семья, гибель сестры во время окончания Второй мировой войны, сложные отношения в семье, первая и единственная любовь, которая ушла к другому. Кажется, что весь рассказ это попытка вернуть её - Мари. Рассказать ей почему он стал клоуном, и почему без неё ему нет жизни.

Яркие образы, интересные решения и символизм, сценография, и музыка, и вот… никто уже не сомневается, что он присутствует на настоящем спектакле настоящего театра.

— Приходи, ты еще успеешь! После перерыва второе действие и тут очень круто! - убеждает мужчина собеседника выйти на слякотные улицы Васильевского острова. 

Повторюсь, спектакль меня впечатлил и очень захотелось поговорить как с ребятами, так и с их педагогом и режиссером Александром Михайловичем. На курсе учится 12 человек и все 12 заняты в постановке, хотя героев в произведении несколько больше. На сцене постоянно происходят перевоплощения: сначала мы видим ребенка, а через несколько минут старца с сединами, из женского образа актрисы перевоплощаются в мужской. И все это органично настолько, что можно сказать только одно - верю! 

Конечно, всегда интересно узнать, почему ребята выбрали именно эту профессию. Оказалось, что труппа, а именно так можно назвать этот пока еще студенческий коллектив, давольно таки взрослая. У многих за плечами уже есть высшее образование и опыт работы по другой специальности.


Евгения Жукова (Альфред Кинкель, аниматор в спектакле «Глазами клоуна»):
— Я  не собиралась идти на актерское. Мое первое высшее образование - дизайнер. Но  потом вспомнила, как я в детстве ставила спектакли во дворе, продавала билеты. У меня было очень много зрителей и очень долгие паузы. 


Марина Чуприк («госпожа Фредебойль, официантка, ученица школы Генриетты):
— Не могу жить без театра. Это не просто слова, это опыт. Актерская профессия — это не первое моё образование. Закончила один из престижных вузов России - МГУ. Я - экономист-менеджер. Думала, что деньги смогут поставить мне голову на место и как-то образумиться. Но уехала заграницу, жила год в Арабских Эмиратах и деньги наоборот привели к тому, что без театра я впала в депрессию. Плюс ещё детство окутано немножко такой закулисной жизнью: вот этот запах нафталина, закулисья сыграл свою роль.   

Дмитрий Калач (Ганс Шнир):
— В школе никогда в этом (в театральной деятельности - прим. авт.) не участвовал. Ни в школе, ни в институте на первом своём образовании. И в театр не ходил особо. Просто то, что я видел по телевизору мне казалось: «вообще-то я тоже так могу». Я очень много разных профессий поменял, но эта мысль все больше разрасталась: «Надо попробовать, раз я так в этом уверен». Ну и попробовал. Как? Вам виднее. По крайней мере я себя увереннее чувствую, чем в других местах работы. 


Михаил Морозов (отец Ганса - гер Шнир, старик Деркум, Кинкель старший, Кардинал Зоммервильд, гюнтер):
— Стать актёром, на самом деле - мечта детства. Пробовал себя тоже много где. Это не первое мое образование —третье. Пробовал себя и в вокале, и на инструментах играть, танцами увлекался, но всё-таки актерское - это моё.

Александра Орехова (фрау Брюль - учительница, аниматор):
— Я с детства занималась. То есть я с детского садика танцевала, пела. Дома я всегда устраивала концерты в дверном проёме. В общежитии мы устраивали спектакли и постановки. Но потом, к сожалению, мы довольно тяжело жили и поэтому я не могла заниматься этим. Живя в маленьком городе, я никогда не могла подумать, что это возможно. Поэтому я получила диплом менеджера-товароведа. А после - просто собрала вещи и уехала в Петербург. Здесь я постоянно ходила и видела, что набирают в театральные кружки. И я сначала пошла на кружок. Ходила к Руслану Барабанову. 

Он сказал: «Господи, зачем ты сюда пришла?» Я не могла даже рассказать стихотворение, была настолько зажата и не верила в себя. А потом работала в кино. У меня тоже несколько образований. Очень много сменила всяких работ. 

Я сначала два года отучилась на вечернем (у Волкова Игоря Николаевича), а сейчас учусь у Александра Михайловича, и ничуть не жалею. Я очень люблю кино и театр. 


Наталья Зиновьева (мать Ганса - фрау Шнир):

- У меня есть уже высшее образование. Как я к этому пришла? Наверное всю жизнь меня заставляли что-то делать. Родители говорили: «Тебе это надо! Делай!» В один прекрасный момент я решила что, хватит уже делать так, как хотят другие. Я хочу делать так, как хочу я. Решила, что хочу осуществлять свою мечту и поступила сюда. 

Молниеносная смена образов, иногда в течении нескольких секунд: вот это молодая немецкая учительница с диктаторскими замашками, и вдруг перед нами старушка, гордящаяся тем, что никогда не состояла в партии. Неожиданное и впечатляюще.

— Когда мы ставили спектакль, роль маленького Герберта Калека как-то почти сразу пошла, потому что в жизни меня что-то роднит с этим образом — «Я - Герберт Калик», - рассказывает Виктория Каширина (Герберт Калик, Анна, ученица школы Генриетты, уборщица). — Но когда он уже повзрослевший… Ой, сколько мы с Александром Михайловичем мучились. Не то, что мучились, а искали и пробовали. И чтобы мне это было удобно, и чтобы это было «по правде». Ни одну неделю над этим старались и потом стало даже интересно. Это необычно, когда ты играешь мужчину. Конечно, всю жизнь я бы не хотела играть мужские роли, но могу сказать, что это опыт, который, надеюсь, в дальнейшем мне поможет.

Если говорить о спектакле, то сама по себе история клоуна трагична, однако в жизни не бывает однозначно белого цвета, или однозначно черного.

— Вот это самое скучное, что может быть. Только драма или только комедия. Мне кажется, работает контраст, и, прежде всего, неожиданность. Как и в жизни. Смешно в жизни бывает, когда это неожиданно, а не когда шутки ожидаемы. Так же и трагедийные моменты, они страшны, когда их не ждут, когда человек абсолютно не готов к ним, — рассказывает Александр Строев, режиссер-постановщик спектакля «Глазами клоуна». — Мне кажется, в любом великом произведении надо: если оно написано с юмором - искать больше драмы, если в нем больше драмы - искать юмор. Обязательно одно должно оттенять другое. А у Бёлля написана достаточно пронзительная история, тяжелая. Вот это и была задача нашей постановки: сделать так, чтобы она воспринималась легко, весело, но в то же время, не теряла драматической составляющей. И мы искали жанр. Оттолкнувшись от его профессии, что он - клоун, пришли к такому способу существования — немножко клоунскому. Насколько удались драматические моменты в этом самом существовании - это уже, конечно, зрителю решать. Но мне кажется удались.

Примечательно, что спектакль ребята играют после того, как завершился учебный день. То есть, в 9.00 на пары — учиться, а вечером — на сцену. Отдавать зрителям энергию, каждый раз переживать судьбу своего героя, честно и искренне.

Как рассказал Александр Строев, над каким материалом работать, решается коллегиально. Совсем недавно состоялась премьера недетской «Сказки о царе Салтане». Впереди  - дипломный спектакль. А потом… В одном из интервью петербургской актрисы она рассказывала как ей отказывали в прослушивании, только потому, что диплом «не того» вуза. Не чисто театрального. Но она преодолела этот барьер.

Примерно в похожей ситуации оказываются и выпускники театрального факультета БИЭПиПа. На заре создания факультета, когда только начинал формироваться преподавательский состав, программа, направления работы и обучения, выпускники не всегда могли конкурировать с коллегами из исключительно театральных вузов. Прошли годы, но отношение не изменилось. Сложно попасть на прослушивание, и путь на большую сцену становится несколько сложнее.

— Выпускники Александра Михайловича играют в БДТ, в театре Акимова, на Фонтанке, и в театре на Васильевском, - рассказывает Виктория.

— Они пробиваются сами. Доказывают. С другой стороны это хорошо, когда есть что доказать. Есть цель и к ней надо стремиться, - отмечает Александр Строев. —  Каждая мастерская — это свой профессиональный язык, свои традиции. Было бы хорошо, если бы у нас появился свой театр. У нас есть репертуар. Не 30 спектаклей конечно, но спектаклей 10 мы можем уже предъявить.

Как вспоминает Александр Строев, прежде чем получить роль, обычно молодой актер выходит на сцену в массовке. Лет так 10. В современном меняющемся мире, 10 лет - непозволительная роскошь. Молодежный театр и своя площадка — это возможность общаться со своим зрителем. Зрителем, который прийдёт именно на спектакль «Мастерской 51». Впрочем, это вовсе не означает, что выпускникам других вузов вход в труппу будет заказан. Каждый молодой артист сможет прийти как минимум, чтобы попробоваться на роль. Как бы мастерски Виктория Каширина не перевоплощалось в мужское одеяние, женские роли всё же были бы предпочтительнее.

Кстати, по словам учеников мастерской, первое образование (экономист, дизайнер, маркетинг) их сокурсников им уже помогает, и в новом театре тоже бы помогло.

— Мы сами сделали кулисы под чутким руководством Жени, научились правильно резать картон, и многое другое, - рассказывают ребята. 

Костюмы стараются тоже делать сами. Минимум покупок, максимум hand-made.

Почему нельзя взять и создать новый молодежный театр завтра? Ответ на этот вопрос очевиден - помещение и деньги на аренду. Это когда уже есть наработанный репертуар, этот вопрос решается проще. Но становление с нуля - задача не из легких.

— Конечно, мы бы не отказались от помощи государства. Ведь в этом есть и социальный аспект, - рассказывает Александр Строев. — Не все молодые актеры, не попав в театр, могут найти себя в жизни и другой профессии.

Как итог, маргинализация и финал чем-то схожий с финалом «Глазами клоуна». Впрочем, студентам театрального факультета БИЭПиП творческое выгорание и невозможность самореализоваться пока не грозит. С аншлагом проходят постановки «Мастерской 51» - так именует себя курс Александра Строева, и именно такая вывеска встречает зрителей на входе в зал. И это не случайно.

— Неслучайно мы хотели назвать театр «Студия 51». 51 — это номер аудитории, в которой преподавал великий педагог Аркадий Иосифович Кацман, которого я считаю своим педагогом, — рассказывает Александр Михайлович. — Вы знаете, когда в театрах города говорят: «это выпускники Аркадия Кацмана» - хотя первым выпускникам сейчас уже по 60 лет и больше - все понимают профессиональный уровнь и стиль работы. Мы работаем так, как учил нас Аркадий Иосифович.

Он отметил, что Малый Драматический театр создавался в основном выпускниками той самой 51-ой аудитории Кацмана. Потом пришло новое поколение, выпускники Додина. Они развивают театр уже несколько в другом направлении, чем то, с которого всё начиналось. 

— Но больше таких театров, где бы служили выпускники Аркадия Иосифовича - нет. Эта школа постепенно уходит, - говорит Александр Строев. — И мы стараемся поддерживать школу, преподавать так, как нас учил Аркадий Кацман. Если бы был театр, то он работал бы именно в этом направлении.

Молодежный. Классический. И тем не менее не лишенный современного взгляда на мир, который базируется на традициях старой школы.

Не отказываясь от помощи, «Мастерская 51» движется к своей целе и ищет пути создания своего театра. Что это за театр? Можно написать тысячу слов, но гораздо красноречивее будет спектакль. Расписание обновляется по ссылке. Там же идет запись, потому что количество место ограничено. Еще один минус отсутствия своей площадки, еще один повод идти к намеченной цели. Ведь у каждого театра есть свой зритель. И он ждет премьер!

 

 

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ