У опубликованных дневников часто складывается своя судьба

Проект «Прожито», по нынешним меркам, молод: старт инициативе был дан весной 2015 года. Однако даже за такой короткий срок он обрел массу сторонников как в России, так и за рубежом.

Проект «Прожито», по нынешним меркам, молод: старт инициативе был дан весной 2015 года. Однако даже за такой короткий срок он обрел массу сторонников как в России, так и за рубежом – сейчас в нем участвуют более 500 волонтеров, а электронная база насчитывает более 9 тысяч электронных рукописей, уже введенных в научный оборот. Корреспондент Города+ побывал на встрече с основателями проекта Михаилом Мельниченко и Ильей Венявкиным и узнал, как возникла идея создать электронную базу дневниковых записей, все ли дневники находят своего читателя и сколько еще личных документов ждет своего часа. 


 

Об истории «Прожито»

Михаил Мельниченко: Проект вырос из моей первой исследовательской темы: в свое время я занимался советским политическим анекдотом и на протяжении многих лет работал над созданием такой тематической базы. Ведь анекдоты – это вариативные фольклорные тексты, и по их содержанию сложно судить о том, когда они появились, стали популярными и чему на самом деле посвящены (так, например, анекдот, который рассказывался в 20-е годы об одном, в 80-е повествовал уже совершенно о других вещах). Поэтому когда я работал над этой самой базой, то мне очень не хватало поискового инструмента по датированным тестам. Конечно, были какие-то библиотеки и базы данных с советскими мемуарами, где за несколько часов поисков можно было найти необходимое и интересное, но при этом не было возможности задать хронологические границы поиска. Тогда я и задумался о профессиональном инструменте для историков, в котором бы были самые разные тексты, организованные по линии времени. 

Прошло время, и в тот момент, когда я уже пресытился анекдотами и, как говорил друзьям, окончательно потянул «смеховую» мышцу, понял, что нужно, наконец, создать этот самый поисковый инструмент (изначально «Прожито» должно было быть небольшой поисковой машиной по уже опубликованным дневникам). Но осознание того, как реально должен выглядеть проект, пришло ко мне и собранной команде позже, в процессе работы над ним. Можно сказать, мы провели разведку боем – для всех нас это был первый подобный опыт. В итоге, конечно, «Прожито» получился гораздо весомее и интереснее, чем изначально планировалось: ушла сухая задача создать удобный поисковый инструмент, а ее место заняла работа с людьми, семейными архивами и собственные публикации.

О дневниках и волонтерах

Илья Венявкин: «Прожито» стремится быть горизонтальной структурой. Ведь нет никакого смысла в том, чтобы объехать в поисках дневников всю Россию и постучать в каждую дверь. Дневник – уникальный документ. Как архив он содержит в себе огромное количество социальных связей: с ним просто общаться и соотносить временные промежутки. Он может быть и интересен вам лично, есть повествование от первого лица.

Михаил Мельниченко: Первая часть проекта - наш собственный закрытый электронный архив (тысячи откопированных электронных текстов и рукописей). Мы знаем о 2300 дневниках на русском языке, которые были опубликованы. Из этих текстов и рукописей чуть больше тысячи у нас есть в электронном виде, и есть рукописи, с которыми прежде не работали публикаторы.

Вторая - наш сайт, который, говоря научным языком, представляет собой корпус дневниковых текстов XIX-XX веков. Здесь все устроено сложнее, чем в электронной библиотеке: тут находятся тексты 900 загруженных личных дневников очень разного размера. Так, например, самый маленький дневник у нас в одну запись, самый большой велся 50 лет и превышает отметку в 9 тысяч записей. Вообще, по общей статистике, мы загружаем сейчас  один новый текст или его фрагмент в день. Все эти тексты делятся на подневные записи (их у нас уже больше 270 000). Получается, что за два века 270 000 дней у нас каким-то образом зафиксированы. Кроме того, существует большая очередь текстов и рукописей, которые сейчас только ждут участника для подготовки к загрузке. Таких материалов в нынешнее время около 400…

Третья часть (самая большая и значимая) – наше волонтерское сообщество. Это люди, обладающие интересом и временем, чтобы принимать участие в поиске, расшифровке, оцифровке, сверке, разметке дневниковых текстов. Отмечу, что когда мы только на это замахнулись, то поняли, что для такой объёмной работы нам нужно большое количество рабочих рук. Для этого мы должны либо становиться огромным институтом, либо пойти совсем иным путем. Тогда мы и создали довольно простые правила работы с дневниками, их может быстро освоить человек с базовыми навыками текстового редактора. Дальше стали искать волонтеров, и в итоге за время работы «Прожито» в работе с текстами себя попробовали более 500 человек.

Конечно, в основном участники нашего проекта – это русскоязычные люди. Некоторые находятся за границей, и для них это способ сохранять связь с текстом на русском языке. Вообще география у нас очень широкая - от Вашингтона до Ханоя. При этом самому младшему участнику проекта около 13-14 лет, а верхняя возрастная граница переваливает за 80. Интересно, что «Прожито» привлекает людей всех специальностей. Здесь не нужно быть гуманитарием, исследователем или человеком с историческим образованием. К нам приходит много волонтеров, которые сами занимались собственным дневниковым исследованием.

О важности дневников

Илья Венявкин: После публикации у каждого текста может сложиться своя судьба: с дневниками, которые приходят в «Прожито», происходит много разных вещей. Например, анонимный дневник крестьянина 30-х годов может превратиться в документальный спектакль, который идет в Театр.doc. Или же он может стать основой журналистского материала. В целом этот текст потом может оказаться в самом разном контексте – например, это может быть сверстанный проект на Тильде; вокруг него может быть построен урок в школе; а можно найти дневник, который будет важен для какого-то конкретного сообщества – географически или интеллектуально. Самое интересное здесь, что это происходит ненамеренно. Мы же не продюсируем дальнейшую судьбу дневника – просто выкладываем его, а потом туда приходят люди с определенным запросом.

***

У нас была история совсем юной девушки Марии Кузнецовой, которая в 1941-1942 годах жила в городе Старая Русса под немецкой оккупацией и писала дневник. Его мы получили от одного из волонтеров, который сообщил, что сам дневник был найден на петербургской помойке. Мы начали его изучать и поняли, что имеем дело с очень сильным текстом. Если пересказывать фабулу, то девушка сначала переживает вход немцев город, потом она начинает у них работать на кухне, у ее подруг завязываются отношения с молодыми немецкими офицерами. Маша молода и мечтает о любви, и поэтому в ее полувоображаемом мире параллельно существуют отношения с советским солдатом, который в этот момент воюет, и с немецкими солдатами, которых она видит и которые устраивают вечеринки. Потом начинается наступление советских войск, они бегут из города в деревню, и в какой-то момент Маша пишет такую запись: «Я посмотрела на молодых советских солдат и поняла, что они все умрут». Она пишет также, что ненавидит войну, Гитлера и Сталина в равной степени, потому что это лидеры, которые по своим причинам начали войну, где погибнут молодые люди. 

От редакции: Публикация этого дневника вызвала большой общественный резонанс: некоторые считали, что такие мысли не могли возникнуть в голове советского человека. Его подлинность подтвердили позже родственники Маши Кузнецовой, которые прочли этот дневник и провели собственное исследование обстоятельств жизни молодой девушки.

О будущем

Михаил Мельниченко: Цель, достигнув которой, я успокоюсь окончательно: чтобы «Прожито» стал электронным народным архивом и мог работать не только с дневниками, но и с другими рукописными текстами личного происхождения (например, с перепиской или воспоминаниями). Сейчас большой запрос на воспоминания, и бывает обидно, ведь каждый второй наш документ – это история про человеческие воспоминания. Тяжело отказывать и из раза в раз писать людям о том, что мы пока не работаем в таком формате. Мне бы хотелось, чтобы у нас был большой цифровой архив, состоящий из архивов семей. И сайт, где эти архивы будут аннотированы. И волонтерское сообщество, которое будет самостоятельно смотреть по описям, что им интересно и с чем они готовы работать. А также, конечно, чтобы все больше материалов расшифровывалось и публиковалось.  

Узнать больше о «Прожито» можно на официальном сайте проекта. 

Фото: группа "Лаборатория «Прожито» в Петербурге"/https://vk.com.

Текст: Город+

 

 

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ